Слово в начале Рождественского поста

Апостол Павел говорит: «Едите ли, пьете ли, или иное что делаете, все делайте в славу Божию» (1 Кор. 10:31). Пища нас не приближает к Богу и не отдаляет, но намерение приближает, и дело внешнее получает силу внутреннюю от того, Кому дело посвящено. Итак, намереваясь поститься, посвятим посильное воздержание Тому, Кто родился от Девы в пещере близ Вифлеема. При таком посвящении самое скромное воздержание не останется без плода, а при ложных целях и великое постничество будет либо вредным, либо бесполезным. Рождественский пост вновь стелется перед нами календарной дорожкой – понедельник, вторник… воскресенье.

Пост тела - пища для души

Пост тела — пища для души

Мы вступили в Рождественский пост, в период, когда мы шаг за шагом подымаемся к дивному дню, когда мы будем созерцать Бога, ставшего человеком ради спасения нашего. И в сегодняшнем Послании, в преддверие этого поста, апостол Павел нам говорит, что Христос разрушил средостение, которое отделяло Бога и человека, как бы закрыл Собой пропасть, которая лежала между Богом и Его тварью.

Много столетий до Рождества Христова, в своем борении Иов многострадальный взывал: гдеже тот человек, который станет между мною и Судьей моим, который возложит руки свои на Его плечо и на мое плечо, держа обоих как бы вместе, собирая разделенное, соединяя тех, кого разделила человеческая неправда: Бога и человека? Своим чутьем, своим дивным чутким человеческим сыновним сердцем он ожидал Того, Кто, соединив наконец несоединимое, примирит его с Судьей, перед Которым он стоял и в Ком он не мог видеть, подобно его друзьям, Властителя, который на всё имеет право.

И пришел этот Человек, Господь Иисус Христос; и простер Он Свои руки, и соединил Он Бога и человека; и когда мы думаем об этих руках простертых, соединяющих Творца и тварь — разве мы не видим Христа распятого на кресте? Он пришел; Он встал на грани, где встречается Божия правда и неправда человеческая, Божия любовь и человеческий отказ от любви.

Он встал там, где все силы зла были сосредоточены, чтобы уничтожить человека. Всецело, до конца, неограниченно Единый с Богом, Он предстал перед людьми Своего времени; и эти люди, потому что они не могли, не хотели принять безусловно, безгранично своего Бога, отвергли и Его свидетеля.

Ему не оказалось места в граде человеческом, Ему не оказалось места даже умереть там. Он был выведен из человеческого стана, Он был распят вне града Иерусалима, отверженный, выкинутый из рода человеческого, потому что до конца Он хотел быть с Богом. Но одновременно, став человеком по любви, став человеком, чтобы нас спасти, приняв на Себя без ограничений все, что составляет человечество и человеческую судьбу, Он остался при последнем Своем предсмертном борении один перед лицом молчащего Бога.

И когда Он умирал на кресте, Он оказался один, как остается один каждый человек, потерявший Бога и умирающий от этой потери. Отверженный и оставленный, Он воскликнул: Боже Мой, Боже Мой — зачем Ты Меня оставил?..

Оставленный Богом, изверженный людьми, Он в Себе соединил всю трагедию человечества, и Он умер и сошел в глубины ада. Уже на земле Он прикасался к тому, что можно назвать адом человеческой жизни — его неправде, греховности, оскверненности, обезбоженности, бесчеловечности, и умерев, потому, что Он хотел бытьединым с нами, Он пошел туда, куда уходит всякая душа, потерявшая Бога : в глубины мрака и отчаяния, туда, где Бога нет.

Начался Рождественский пост

Начался Рождественский пост

И тогда совершилось величайшее чудо соединения, как говорится в пасхальной песне: ад широко раскрылся, чтобы пленить Того человека, который его побеждал на земле, и с ужасом обнаружил, что этот человек — Сам Бог, сошедший во ад. И того ада, куда тысячелетиями сходили люди, потерявшие Бога, уже не стало: нет больше места, где Бога нет.

Здесь началось это чудо победы, это разрушение средостения, закрылась пропасть, всё теперь в пределах Христовой любви и Христовой приобщенности к нам. Он соединился с нами так, что приобщился даже предельному ужасу потери Бога, и теперь нет такого существа, нет такого человека, который был бы вне Христовой тайны; нет такого безбожника на земле, который более страшно, чем Христос, познал потерю Бога, когда воскликнул: Боже Мой, Боже Мой, зачем Ты Меня оставил?

Средостение пало, пропасть закрыта, путь отверст, и сейчас мы идём к тому времени, к той светозарной и таинственной ночи, когда Бог становится человеком и начинается этот путь Господень ко кресту, к смерти, во ад, и к Воскресению, — которым Он нас возводит к жизни вечной, потерянной ещё нашими праотцами.

Поэтому будем идти к этому празднику благоговейно, готовиться, чтобы и в нашем сердце пало средостение, чтобы и в нашей жизни закрылась пропасть, которая нас отделяет от Бога, от любви, от человека, от жизни.

И тогда радостно, благоговейно, трепетно встретим Младенца Христа, отдающего Себя в немощи, в ласке, в любви, предоставляющего нам сделать с Ним, что только мы захотим, для того, чтобы нас спасти. Слава Ему за Его любовь, за Его отдачу, за Его бесконечное к нам терпение! Ответимже на Его любовь — любовью, на Его надежду, на Его веру в нас — ответим! Аминь!

Митрополит Сурожский Антоний

(9)

Комментирование запрещено